Некалиброванные мысли.

И не только.
1 293 views
февраля 1, 2012

К счастью.

зимнее озеро

Семен с любопытством смотрел на незнакомых черных.
— Видать, там жар здешнего хуже.
— Да, ежели в песках заблудишься, в картошку спечешься.
Когда темнело и с неба начинали сыпаться звезды, Тимм гулял с Нахимовым по юту. От кормового фонаря в воду падал желтый блестящий след, как будто корабль хотел отметить им свой путь. Шумя убегала курчавая лента пены, и поскрипывал руль.
Нахимов любил море в любую погоду. Оно никогда не было для него ни однообразным, ни скучным. Оно вечно менялось и всегда имело особую, только данному моменту свойственную красоту. Даже во время дождя Нахимов с удовольствием смотрел, как движется эскадра среди тонких серебряных потоков, похожих на струны какой-то гигантской лиры. Они рвались, эти струны, задевая за палубу, за мачты, или буравили поверхность моря, сливались в сплошную серебрящуюся седую сеть, но неизменно звенели и нашептывали что-то покачивавшимся на ходу кораблям.
— К счастью, — говорил Нахимов Тимму, — никогда не бывает двух бурь в одинаковых условиях и двух сражений, которые бы повторяли друг друга. Всегда является нечто новое, что требует работы ума, своего решения. И решение это тоже полностью неповторимо, и, используя его, другой человек внесет свое новое. И так без конца. Но я люблю эти порой большие, порой маленькие открытия. Мир неподвижен лишь в представлении плохих начальников штабов и военных историков. Они часто спрашивают, почему в сходных условиях вы не повторили того, что сделал Суворов при Адде или Треббии, или Ушаков при Калиакрии. Да потому что нельзя повторить ни Суворова, ни Ушакова, ни тех условий, которые были. Покойный Лазарев учил нас думать.
— Но какие-то общие принципы должны применяться?
— О, конечно! Например такие, заповеданные нам нашими великими предшественниками: не выжидай, а нападай сам, действуй, применяясь к обстановке.

Tags: ,

Оставить комментарий