Некалиброванные мысли.

И не только.
855 views
августа 4, 2011

Повозка командира.

shapkamonomaha

Обмундирования все нет, сапог тоже. Разбитая обувь уже не защищает ног. Все идут по глубоким лужам полубосые и рваные, похожие на колодников, которых возвращают в тюрьму. А главное голод, от которого болит под сердцем. На остановках рекрутам раздают гнилые сухари и порции вонючих недоваренных щей. Порции так малы, что люди собирают по обочинам дороги какие-то корни и жуют их, пока не вырвет. «Желудошная болезнь», появившаяся среди новобранцев с первых же дней пути, каждые сутки вырывает из их рядов по нескольку человек сразу.
Из тысячи рекрутов уже пет половины. Все они остались по госпиталям Позади партии тащатся повозки, где лежат заболевшие, которых еще не успели сдать. Их серые заостренные лица покрыты мелким бисером пота и дождя. Видно, как у одного из больных от тряски голова стучит о край телеги. Но шапка, туго натянутая до самых глаз, не падает, несмотря на беспрерывные толчки и удары.
Семен подошел к телеге, чтобы удобнее положить голову рекрута, но сидевший на передке за кучера молодой парень взмахнул вожжами и грубо сказал:
— Нечего тут. Помер давно.
Визжа колесами, телега — хлюпнула в глубокую яму с водой, и везшие ее одры, спотыкаясь и мотая головами, снова стали взбираться вверх по разбухшей глине.
Повозка командира, обгоняя телеги и валясь то на одну, то на другую сторону, поравнялась с ротой Семена. Рекрут увидел в повозке знакомое опухшее лицо с закрытыми глазами. Он невольно подумал, что закрыты эти равнодушные и пьяные глаза не потому, что командир спит, а потому, что он ничего не хочет видеть. Вся партия знала, что командир и его помощники воруют и пайки, и амуницию, и деньги, которые отпускаются на содержание рекрутов Но вся партия также знала, что, заяви кто-нибудь жалобу, — и его засекут до смерти.
Они шли, горбясь под дождем, терпеливо меся ногами вязкую грязь дороги Приближались и уходили вдаль березы с длинными тонкими ветвями. Ветви эти мотались по ветру, задевая по головам облепленных глиной людей. А на вершинах берез сидели мокрые вороны и провожали партию гортанным тревожным криком.
Так шло пополнение в Черноморский флот… Хруст камней под чьими-то ногами прервал воспоминания Семена.
С крутого берега спускался высокий худой старик, одетый в старую матросскую шинель и татарские чувяки.

Tags: ,

Оставить комментарий